ПЕРМСКОЕ КРАЕВОЕ ОТДЕЛЕНИЕ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

6 марта в Никулинском районном суде Москвы завершился уголовный, а по сути — политический процесс над коммунистом, членом Территориальной избирательной комиссии (ТИК) р-на «Проспект Вернадского» Сергеем Резниковым. Приговор, вынесенный судьей Екатериной Ливенцевой, оказался беспрецедентно суровым, с учетом того, что всего несколько дней назад прокурор потребовала для Резникова 4 года условно. Осуждённого увели в наручниках, приговор — три года колонии общего режима. Что же произошло за эти несколько дней? Так завершился судебный процесс, длившийся почти пять лет. За это время коммуниста успели обвинить в организации преступной группы по хищению автомобильных номеров с последующим вымогательством денег у владельцев автомобилей. По версии следствия, занимался он этим, якобы имея при себе расфасованные пакетики с кокаином, которые "предназначались не для сбыта, а для хранения и собственного потребления". Впоследствии обвинение в хищении было снято. Равно как и обвинение в распространении наркотических средств. Дело медленно, но верно разваливалось. Оставалась только одна деталь – пакетики с белым порошком в кармане, попавшие туда в неустановленное время при неустановленных обстоятельствах. Проверка обвиняемого на полиграфе показала, что ни к кокаину, ни к краже автомобильных номеров генеральный директор малого инновационного предприятия Сергей Резников не имел никакого отношения. А проведенные многочисленные экспертизы подтвердили отсутствие каких-либо следов наркотиков на руках, одежде и в организме обвиняемого. После этого его должны были бы немедленно оправдать, но этого, однако, не произошло. По-видимому, кто-то очень хотел , чтобы этот судебный процесс завершился обвинительным приговором. Стоит отметить, что за годы своей общественной деятельности Сергей Резников неоднократно сталкивался с угрозами в свой адрес. С 2003 года он, как член ТИК р-на «Проспект Вернадского» от КПРФ, активно боролся с фальсификацией протоколов на выборах и иными нарушениями избирательного законодательства. А одно из дел довел до Конституционного суда. Также на муниципальных выборах он сумел добиться снятия с предвыборной гонки ряда влиятельных кандидатов, допустивших серьёзные нарушения в ходе сбора подписей. Жена активиста Стелла Ободина также ведёт в районе активную общественную деятельность. В качестве муниципального депутата от КПРФ она самоотверженно боролась за сохранение здания детского сада, находившегося в собственности ОАО «Квартал» (владелец — известная в районе личность и бывший депутат Госдумы Олег Гребёнкин) и неоднократно предлагаемого к сносу ради строительства высотного офисного центра. Её активная гражданская позиция также не ускользнула от внимания бывшего депутата. Возможно, именно это явилось самым «отягчающим обстоятельством» при вынесении приговора. Как сформулировано в его заключительной части, «учитывая характер и степень общественной опасности содеянного, суд не находит оснований для применения ст.ст. 15, 64, 73 УК РФ (о назначении более мягкого наказания при наличии смягчающих обстоятельств и об условном осуждении) и считает, что исправление и перевоспитание подсудимого возможно только в условиях его изоляции от общества». Три года колонии за последовательную гражданскую позицию и отстаивание верховенства права — чересчур суровое наказание. В особенности для человека, на попечении которого двое несовершеннолетних детей, один из которых инвалид с врожденным ДЦП. В ходе следствия по делу Резникова КПРФ неоднократно заявляла о его невиновности и политическом характере дела против него. Депутат Государственной Думы РФ шестого созыва В.Р. Родин, главный редактор газеты "Правда Москвы" Ю.Б. Михайлова, ряд товарищей по партии посетили все судебные заседания и дали все необходимые показания, свидетельствующие о невиновности тов. Резникова, оказывали ему всевозможную поддержку. Однако, суд остался глух ко всем приведённым доводам. Всё это, безусловно говорит о том, что мы становимся, уже в который раз, свидетелями политической расправы под видом уголовного процесса, где доказательства преступления являются более, чем сомнительными. Никита Иноземцев